Традиции у христиан

Все за сегодня

Политика

Экономика

Наука

Война и ВПК

Общество

Подкасты

Мультимедиа

Общество

Древние христианские традиции Pussy Riot

В русском обществе культура и религия тесно переплетены. В своей остроактуальной книге Пэр-Арне Будин (Per-Arne Bodin) показал себя знатоком и педагогом. Он рассказывает о культуре сегодняшней России и об ее исторических истоках.

Когда я в Москве езжу на такси, шоферы иногда прерываются на полуслове, чтобы перекреститься. Это значит, что мы проезжаем церковь. Обычаю креститься, минуя обитель Господа, несколько сотен лет. Советский режим не сумел его изжить. Есть и множество других традиций, которые глубоко укоренились в современной России, незаметных, скрытых под более поздними слоями советской культуры и двух десятилетий капитализма. Этот глубинный символический язык внезапно дает о себе знать, когда этого меньше всего ждешь.

В книге «От Византии до Путина» Пэр-Арне Будин вспоминает, как во время процесса Pussy Riot обвиняемые говорили о священном безумстве панка, прекрасно осознавая, что отсылают к древней традиции русского и византийского благочестия — к «юродивым», безумцам во Христе. Религиозные и культурологические измерения российского общества многогранны, они наслаиваются друг на друга и часто создают противоречивую картину. Когда надо дать квалифицированное и понятное объяснение, Будин не пасует ни перед чем. Его последняя книга — не исключение. Я читаю ее запоем.

Название книги немного вводит в заблуждение, потому что Путину в ней отведен минимум места (что говорит в пользу автора, учитывая массы литературы на соответствующую тему, которые публикуются в последнее время). Будин пишет о русской символике, о проявлениях культуры и религии. Он рассказывает, что лежит за традицией верующих православных купаться в крестообразной проруби на Крещение. Описывает историю двуглавого орла. Рассказывает, почему вандал в начале XX века атаковал знаменитую картину Ивана Репина «Иван Грозный убивает своего сына» и почему многие встали на его сторону, заявив, что горящие глаза жестокого царя могут причинить неизмеримый ущерб. В стране, где так важны иконы, произведение живописи может в прямом смысле наделяться божественной силой.

Как и прочие культуры, культура России подвергалась влиянию множества внешних течений. Многие храмы Кремля с их луковичными куполами спроектированы итальянскими архитекторами. Вместе с тем, Россия на протяжении долгих периодов своей истории была изолирована от остальной Европы. В своей книге Пэр-Арне Будин обращается к рассказам шведов, посещавших Россию в XVII веке, — богатым деталями изображениям встречи с экзотической, чужой страной «Ryszland» и ее православной верой. Автор изящно переходит от религии к политике, от искусства к обществу.

Контекст

Православие застряло в Темных веках

В России отмечают православную Пасху, совпавшую с Первомаем

Новое видео Pussy Riot придется Путину не по душе

Expresso 04.02.2020
В одной из самых интересных глав книги он описывает показательные процессы против лидеров Коммунистической партии в 1936-1938 годах. Сталинский террор тогда достиг кульминации, и Сталин вычистил не только старую коммунистическую гвардию, но и лучших военных офицеров страны. Когда через несколько лет разразилась Вторая мировая война, это стало серьезной проблемой.

Сегодня под суд могут попасть оппозиционные художники, политики и даже простые граждане, распространяющие неправильные статьи в интернете. Конечно, эти преследования нельзя сравнивать с репрессиями 30-х годов. Нынешних политических заключенных не расстреливают. Но есть и общий элемент произвола, а также одинаковое стремление превратить судебный процесс в театральное представление или урок остальным несогласным.

Еще один важный лейтмотив книги Будина — описание сложных исторических отношений русской православной церкви с Кремлем. Большевики одновременно пытались уничтожить церковь и заключить с ней союз, в результате чего церковь стала лояльна к коммунистам, тем самым запятнав свою репутацию. Когда Pussy Riot поют о «черной рясе, золотых погонах», они имеют в виду давний альянс церкви и КГБ. Русская православная церковь так и не сумела избавиться от этого крайне тягостного наследия.

Я нашла в книге небольшую ошибку. Путин обычно прибывает на работу не через Спасские ворота на Красной площади. Эти ворота используются только во время инаугурации президента и когда в Кремль ввозят новогоднюю елку. А Путин въезжает через Боровицкие ворота в другом конце Кремля.

Но это не имеет значения. Терпеливые изыскания и глубокие знания Будина обеспечивают понимание и рисуют исторический контекст. Это прекрасная книга.

От Византии до Путина. Истории о России (Fran Bysans till Putin. Historier om Ryssland)
Автор: Пэр-Арне Будин
Жанр: документальная проза
Издательство: Artos & Norma

Пэр-Арне Будин — сотрудник Svenska Dagbladet, поэтому его книгу рецензировала корреспондент Dagens Nyheter в Москве Анна-Лена Лаурен.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Праздники в христианской традиции.

Православная традиция сохраняет в основном древнехристианскую практику празднования, как она сложилась приблизительно к IX веку. Основной период формирования христианского календаря в его праздничной части относится к V–VI векам.

Само слово праздник в русском языке слегка сбивает с толку. Видимо, в силу выраженной оппозиции «работа — отдых» русские люди воспользовались корнем праздн- («пустой», «порожний»)[1] для обозначения довольно сложного социального и богословского явления. В греческом языке, на котором христианство стало впервые доступно на Руси, есть два слова — eorth9 и panh9gyriz[2] которые употребляются для обозначения этого понятия. Причем оба идут из дохристианской древности, обозначая исходно как регулярно повторяющиеся, так и одноразовые празднества, посвященные языческим богам или неким событиям, с ними связанным. Наиболее простой пример — т. н. Олимпийские (в честь, стало быть, Зевса Олимпийского) игры на Пелопоннесе.

Иудейские праздники[3], наиболее сильно повлиявшие на христианскую традицию, были уже некоторыми фактами сакрального календаря и представляли собой воспоминания о важных событиях еврейской (в основном ветхозаветной) истории (Песах, Суккот, Йом Кипур и др.). Таким образом, именно в недрах эллинистического иудаизма и раннего христианства сложился культурно-религиозный феномен праздника как богослужения. Иначе говоря, один праздник отличается от другого типом богослужения. Богослужение (т. н. «последование» пения, чтения, каждения, поклонов и т. д.) и составляет исконный смысл христианского праздника[4]. Все остальные вещи, как-то: особенные пироги, куличи, калачи, яйца, христосование, цвет и форма одежды и многое другое — суть не более чем народные обычаи, которые «наслоились» на христианские традиции в процессе инкультурации.

Именно из области календаря и вообще богослужения иудейской общины храмового периода христианство наиболее прямо заимствовало свою традицию. Христианские праздники первоначально складывались на основе традиций иерусалимской общины, которая праздновала иудейские праздники, присоединяя к ним часто новый смысл, связанный с жизнью, смертью и воскресением Иисуса Христа. В первые два века существования христианства Церковь постепенно обрастала различными традициями, и новые праздники нередко возникали, замещая языческие римские.

Наука, изучающая богослужение христианства, называется литургикой (сейчас чаще говорят — историческая литургика), а раздел этой науки, занимающийся формой и смыслом праздников, — эортологией (от того самого eorth9 — «праздник»). Литургисты обычно делят время в христианском понимании на суточный, недельный и годовой «круги». Каждый круг имеет свой праздничный ритм. В рамках суточного круга христиане воспринимают утро каждого дня как праздничное время, ибо утром обычно служится главная служба христианской Церкви — литургия. В недельном круге каждый день посвящен какому-то событию. У иудеев священным «днем покоя» была суббота (шаббат и обозначает «покой»), а в понедельник и четверг был назначен пост. Христиане с самых первых своих времен перенесли главный праздник на воскресенье (оно называлось «день Господень», Kyriakh, dies Dominica), и в этот день праздновалась… Пасха, сиречь день воскресения Христа, а постными днями стали среда и пятница. Кстати, термин «воскресенье» — особенность современного русского языка, в церковнославянском, как и в большинстве славянских языков, этот день называется «неделя». Со временем в понедельник стали воспоминать («память» — еще один христианский синоним слова «праздник») ангелов, во вторник — Иоанна Предтечу, в среду — трагическое предательство Христа Иудой (по ходу дела заметим, что у праздника-памяти может быть и печальный смысл), в четверг — апостолов, а на Руси еще и Николу Угодника, в пятницу — распятие Христово, а суббота стала днем воспоминания всех усопших.

Однако самым наполненным стал годовой круг. Два праздника, унаследованные от иудаизма, выделились в основе годового круга уже в I веке: Пасха и Пятидесятница (на Руси также называемая Троицей). Пасха соединялась с воспоминанием о воскресении Господа. О Пасхе говорится в I Послании коринфянам (V, 7–8). Это скорбно-радостное событие. Уже в древности появляются свидетельства о существовании предпасхального поста, превратившегося впоследствии в Великий пост (Четыредесятницу). Факт пасхальных споров в древности указывает на отсутствие единообразия в вопросе о времени этого праздника. Традиции отдельных церквей имели свои особенности: по одной Пасха связывалась с воскресным днем и была, следовательно, праздником подвижным, зависящим от луны; по другой, малоазийской, она закреплялась за днем14 нисана. В современной православной традиции Пасха — подвижный праздник, дата которого для каждого года определяется отдельно на основе пасхалии[5].

Пятидесятница первоначально связывалась с иудейским праздником. Уже у древних писателей это слово имеет часто двойное значение: и самого дня праздника, и всего 50-дневного периода после Пасхи. Вероятно, тогда же установился обычай не преклонять колен в течение 50-дневного периода. Судя по древним «Апостольским постановлениям» (V кн.), существовал обычай не работать в эти праздники.

В это же время, в I–III веках, уже вошло в обычай праздновать Явление Господне (Qeofaneia, Богоявление). Праздник Богоявления не имел еще нашего теперешнего содержания, т. е. не был воспоминанием о событии только Крещения Господа, а относился вообще к явлению Бога во плоти, охватывая и Его Рождество, и само Крещение. Разделение двух праздников произошло позднее. Дата этого праздника Богоявления установилась не сразу: разные поместные церкви праздновали его по-разному — и в марте, и в апреле, и в мае, и в январе, и в декабре[6].

В эту же эпоху начинаются уже и празднования в честь мучеников. «Памяти» мучеников как дни их «рождения», т. е. рождения в вечную жизнь, восходят к мученическим актам. Люди из ближайшего окружения мученика берегли его останки, ходили на место его погребения или место мучения, совершались и воспоминания о нем. Ранние христианские писатели говорят о поминальных трапезах. Возможно, что в это время закрепились памяти: апостола Иакова, архидьякона Стефана, мученика Поликарпа, Игнатия Богоносца и др. Постепенно стали праздновать памяти не только мучеников, но и святых подвижников (монахов, отшельников), а позднее и выдающихся богословов (Святых Отцов и учителей), и церковных строителей — епископов[7].

А Вы лично отмечали православное Рождество (7 января)?

Опросы населения 15–16 марта 1997 г., 13–14 января 2001 г. © Фонд «Общественное мнение», 1997 г., 2001 г.

В IV–V веках Рождество Христово отделяется от Крещения. Произошло это под влиянием западного христианства. Дата Рождества неизвестна, поэтому разные церкви ее определяли по-разному: Египет стоял за 18 апреля; африканская традиция придерживалась 28 марта; восточная — 6 января, а Рим — 25 декабря. Таким образом, возобладала всюду римская традиция, а древнюю восточную сохранили только армяне. Судя по дневнику галльской паломницы на Восток Эгерии, у гроба Лазаря Праведного совершалось особое богослужение, откуда идет обычай выделять Лазареву субботу в особый праздник великопостного периода. Из того же источника мы знаем и о празднике Входа Господня в Иерусалим. В этот же период возникают праздники Сретения Господня и Вознесения. Сретение праздновалось первоначально14-го, а не 2 февраля, это объясняется тем, что Рождество было еще не 25 декабря, а 6 января, откуда 40 дней дают 14 февраля. Благодаря Эгерии мы знаем о праздновании последних дней Страстной седмицы. В Великий Четверг совершали в Иерусалиме торжественные литании и чтения Евангелий. В Пятницу — вынос Креста и поклонение ему. В Субботу — самый строгий пост, крещение оглашенных, длительная литургия. В связи с обретением св. Еленою Креста, на котором был распят Христос, возникает праздник в честь этого события, а в связи с ним — праздник Обновления храма Воскресения императором Константином, т. н. Воскресение Словущего (14 и 13 сентября). К этому же периоду IV и V веков литургисты относят возникновение первых праздников в честь Богоматери. Это был некий «Собор Богородицы», ныне празднуемый на следующий день после Рождества Христова.

В VI–VIII веках церковный календарь обогащается еще целым рядом воспоминаний: Обрезание Господне и Преображение Господне. «Богородичные» праздники постепенно развиваются из одного, и с течением времени закрепляется календарное место Благовещения Богородицы. Знаменитый гимнограф Андрей Критский составляет беседу и канон на Рождество Богородицы. В некоторых тропарях этого канона содержатся мысли о Введении во Храм; это событие тогда прославлялось еще вместе с Рождеством и выделилось только впоследствии. К VIII веку уже определяется почитание архангелов Михаила и Гавриила, а также почитание Иоанна Крестителя (Предтечи). Храмы в их честь строились в Константинополе и до VIII века. В это же время появляются праздники в честь ветхозаветных праведников. Праздник братьев Маккавеев, вероятно, существовал еще и раньше, так как сохранились слова в их честь Киприана Карфагенского, Амвросия, Григория Богослова и Иоанна Златоуста. В армянской традиции в седьмую субботу после Пятидесятницы совершается память Ковчега Завета. Еще до VIII века наблюдается все более благоговейное отношение к ветхозаветным пророкам. Летописи отмечают обретение мощей отдельных пророков. Так, при императоре Феодосии Младшем находятся мощи пророков Исаии, Аввакума, Михея. Они торжественно переносятся в Константинополь. Император Маркиан и императрица Пульхерия строят храм пророку Исаии. Императрица Елена строит здание на месте убиения пророка Иеремии[8].

Таким образом, ко времени первых контактов Руси с православной традицией праздничный цикл уже полностью оформился — и в таком зрелом виде был заимствован русской Церковью. В месяцесловах, святцах, Триоди и синаксарях (книгах, содержащих расписание праздников и «памятей» святых на весь год) праздники делятся: (а) по предмету празднования — на Господские, Богородичные, Предтеченские и прочие; (б) по значению — на Двунадесятые и Великие; (в) по торжественности богослужения в этот праздник — на бденные обязательные (обязательно служится торжественное Всенощное Бдение), бденные необязательные, полиелейные (на службе торжественно поются псалмы 134 и 135), славословные (поется Великое Славословие), шестеричные (шесть стихир на «Господи, воззвах» и канон на шесть тропарей) и обычные.

На русской почве многие праздники приобрели особую окраску. Так, возникли народные традиции, связанные с сельскохозяйственным циклом, выразившиеся в народных именованиях праздников Преображения и Воздвижения Креста «яблочным» и «медовым» Спасами. Малоизвестный византийский праздник Покрова Божией Матери, отмечавшийся в Константинополе в годовщину освобождения от нашествия руссов Аскольда и Дира, стал необычайно любим в России. Пасха связалась в народном сознании с определенными типами разговления (прекращения поста): крашеными яйцами и проч. Рождество Предтечи наложилось на народную, еще языческую, традицию празднования Купалы. Крещение стало сопровождаться «творением иордани» и купанием в ней. Однако, за небольшими изъятиями, эти традиции имеют мало общего с богословской сутью самих праздников и являются скорее результатом инкультурации христианства на русской почве.

Православные праздники

Светлое Христово Воскресение —
П а с х а. Переходящий праздник

Празднуется ежегодно после полнолуния, следующего за днем весеннего равноденствия (8/21 марта), в воскресенье и обязательно после еврейской пасхи (Песах)

Двунадесятые переходящие праздники

Вход Господень в Иерусалим. За неделю до Пасхи

Вознесение Господне. На 40-й день после Пасхи

День Святой Троицы. Пятидесятница. На 50-й день после Пасхи

Двунадесятые непереходящие праздники

Крещение Господне 6 января / 19 января

Сретение Господне 2 февраля /
15 февраля

Благовещение Пресвятой Богородицы 25 марта / 7 апреля

Преображение Господне 6 августа /19 августа

Успение Пресвятой Богородицы 15 августа / 28 августа

Рождество Пресвятой Богородицы 8 сентября / 21 сентября

Воздвижение Креста Господня 14 сентября / 27 сентября

Введение во храм Пресвятой Богородицы 21 ноября / 4 декабря

Рождество Христово 25 декабря / 7 января

Великие праздники

Обрезание Господне и память святого Василия Великого 1 января/ 14 января

Рождество Иоанна Предтечи 24 июня / 7 июля

Святых первоверховных апостолов Петра и Павла 29 июня / 12 июля

Усекновение главы Иоанна Предтечи 29 августа / 11 сентября

Покров Пресвятой Богородицы 1 октября / 14 октября

Собираетесь ли Вы в этом году праздновать Пасху,
и если да, то как?

Опросы населения 25–26 апреля 1998 г., 27–28 апреля 2002 г. © Фонд «Общественное мнение», 1998 г., 2002 г.

Следует сказать еще об одной традиции православных праздников, связанной с «памятями» святых. По сложившейся на Руси традиции каждому человеку при крещении присваивается имя святого (или святой), в день памяти которого он родился. День памяти этого святого празднуется в русской православной традиции как «именины» (те самые, на которые некогда пекли каравай), или «день ангела». К ангельским чинам этот день не имеет никакого отношения, он связан только с почитанием дня святого, ставшего покровителем крещеного христианина. В других православных традициях (сербской, например) чествуется покровитель всего рода — т. н. «слава». На Руси именины праздновались так же, как сейчас день рождения, ибо эти дни, как правило, совпадали. В XVIII столетии эта традиция поколебалась: люди, особенно из образованных слоев, часто стали выбирать имена на свой вкус или сообразуясь с семейными традициями, так что постепенно дни рождения обособлялись от именин. По мере расцерковления общества и потери им христианских ценностей на протяжении последних 300 лет дни рождения постепенно вытесняли именины, так что в советской практике даже стали вопреки логике называть день рождения именинами. Так же торжественно, как именины, празднуются дни памяти святых в храмах, освещенных в их честь. Этот праздник именуется в народе «малой Пасхой».

Православные праздники, богослужебные по своему характеру, были изначально ориентированы на полное вытеснение народных дохристианских традиций. Можно сказать, что принцип их — альтернативный. Там, где это удалось, христианские праздники просто наложились на языческие, изменив их содержание. При этом в народных традициях до середины прошлого века оставались реликтовые элементы древних праздников: пляски и игры на Ивана Купалу, гадания на Крещение, мед и яблоки на «Спасы», поминальные кладбищенские ритуалы в памятные дни и отчасти (как ни боролась с этим Церковь) на Пасху и т. д. Ритм жизни Церкви устроен так, что христиане должны сообразовываться с ним, чтобы не нарушать постов и праздновать все в свое время. Когда Петр I переставил «новолетие» по западному образцу с сентября на январь, он уже совершил насилие над календарем, но тот Новый год, смысл которого оказался чисто языческим, хотя бы приходился на праздничный для христиан период Святок (время от Рождества до Богоявления). А после перехода большевицкой России на григорианский календарь Новый год, как и все праздники, не связанные с церковным циклом, передвинулся и оказался внутри Рождественского поста (адвента). Именно поэтому христианам вовсе стало невозможно как-либо отмечать этот «праздник».

Праздники в западной традиции

Классификация праздников в римско-католической церкви тоже имеет свои особенности. Различают четыре класса праздников. В первый зачислены: Рождество Христово, Богоявление, Благовещение, Пасха, Вознесение, Пятидесятница, праздник Тела Господня, святого Сердца Иисусова, святого Иосифа Обручника, Рождество Предтечи, праздник святых Апостолов Петра и Павла, Успение Богородицы, Непорочное Ее зачатие, праздник Всех Святых, день освящения данной церкви и день храмового праздника, т. е. того праздника или святого, которому храм посвящен.

Во второй класс попадают: Обрезание Господне, праздник Святого Имени Иисусова, праздник св. Троицы, праздник Св. Крови Иисусовой, Нахождение Честного Креста, Сретение, Посещение Богоматерью прав. Елисаветы, Рождество Богородицы, Семь скорбей Богородицы и т. д.[9]

В разряд меньших праздников, так называемых «Dublicia majora», отнесены: Преображение Господне, Воздвижение Креста, праздник Кармельской Богородицы, праздник святых Ангелов-Хранителей, Усекновение главы Предтечи, Обращение Савла-Павла, праздник святого Франциска Ассизского и т. д. В самую последнюю группу «Simplicia» попадают вообще все остальные праздники.

У лютеран, реформатов (кальвинистов) и других протестантов в отличие от католиков праздников еще меньше, но общим является для них то, что пасхальный цикл, связывавший, в частности, два Завета — Ветхий и Новый — между собой, постепенно теряет свое значение. Рождество становится куда более важным, чем Пасха.

Вы лично отмечали или не отмечали католическое Рождество (25 декабря)?

Опрос населения 13–14 января 2001 г. © Фонд «Общественное мнение», 2001 г.

[1] Старославянский словарь / Под ред. Р. М. Цейтлин, Э. Вечерки, Э. Благовой. М., 1994. С. 497.

[2] Родовое понятие heortО (hortО) связано с идеей радости или торжества, в то время как второе понятие связано с идеей общего собрания на площади (агоре).

[3] Интересно, что в древнееврейском языке слово kerah — «праздник» связан с глаголом karah— «покупать». В других семитских языках наблюдается как эта семантика, так и другие слова, связанные или с радостью (арамейское ад’ида), или с идеей собрания, вроде греч. panh9gyriz (сир. хаго, ар. хадж).

[4] Об этом см.: Baumstark F. Introduction И la liturgie comparОe. Paris, 1956.

[5] Зелинский А. Н. Конструктивные принципы древнерусского календаря. М., 1996. С. 10–27.

[6] Архим. Киприан (Керн). Литургика. Гимнография и Эортология. М., 1997. С. 106–115.

[7] Архим. Киприан (Керн). Литургика. Гимнография и Эортология. С. 119–129; Архиеп. Сергий (Спасский). Полный месяцеслов Востока. Т. I. Восточная агиология. Владимир, 1901 (репринт — М., 1997), см. Введение.

[8] Архим. Киприан (Керн). Литургика. Гимнография и Эортология. С. 142–147.

[9] Архим. Киприан (Керн). Литургика. Гимнография и Эортология. С. 42.

Смерть, похороны, отпевание – традиции, обычаи и практика православных христиан.

Протоиерей Виктор Соколов

Смерть ожидает каждого из нас, и все же мы часто желаем избежать мыслей о ней. По-христиански мы понимаем земную смерть, как ворота в вечную жизнь. Очень важно подготовить себя духовно и заранее совершить практические приготовления. Вот немного информации о православных обрядах и подготовке похорон.

Почему важно подготовить похороны

— Это дает осознать значение жизни человека;
— Это помогает сплотить семью и друзей в выражении чувства любви, горя и печали;
— Это помогает семье и друзьям принять реальность смерти и преодолеть душевные страдания.

Подготовка похорон помогает ослабить боль. Готовясь теперь, Вы можете уменьшить напряжение и снять часть будущего бремени с семьи и друзей.

Основной вопрос при захоронении

Одно из самых важных решений в планировании похорон – что сделать с телом. Однако, для православного христианина нет никакого выбора: согласно святым канонам Церкви, тело покойного христианина должно быть возвращено земле. Кремация определенно запрещается. Тело помещается в гроб и опускается в могилу. Необходимо иметь участок на кладбище, оборудованную могилу или склеп (если требуется законом), и табличку или памятник с изображением Креста.

Донорство органов

Учение нашей Церкви не запрещает пожертвование органов после смерти человека. Напротив, Господь горячо одобряет отдание жизни за своих друзей (Иоанн 15:13). Он, конечно, приветствовал бы отдачу органов, необходимых тем, чья жизнь может быть продлена и сохранена. В Автомобильном департаменте имеются специальные карты донора органов, которые подписывают в присутствии свидетеля и хранятся в вашем бумажнике или кошельке.

Православные похоронные обряды

Тайна, человеческое мучение, смысл потери, желание продолжения общения . все это исстари в каждой культуре и эпохе находило свою форму ритуального выражения. Некоторые из этих форм были освящены в литургической жизни Церкви. Каждый должен помнить принятый в Церкви обычай посещения могил покойных (Фомин вторник — Радоница) и обычай литургического поминовения.

Православные литургические обряды для смерти, похорон усопших, и их воспоминания следующие:

Служба на разрешение души от тела. Родственники или близкие друзья тяжело больного должны пригласить к его кровати священника (и певца), чтобы была спета эта живая и духовно наполненная служба.
Служба на разрешение души от тела при длительных страданиях умирающего. Вместе со священником, мы поем молитвы, испрашивая у Бога милостиво позволить Его рабу отойти в мире.
Служба погребения умершего. По существу, это — служба Заутрени, с каноном и другими гимнами, очень напоминающими таковые из Заутрени Великой Субботы — похорон Христа. В идеале, этот обряд должен быть выполнен в церковном храме, с гробом, помещенным в середине храма. Однако, возможны исключения, и этот обряд может быть выполнен или в часовне похоронного бюро или в часовне кладбища. В любом случае, свяжитесь с вашим священником как можно скорее или проинструктируйте вашего распорядителя похорон, чтобы все детали похорон могли быть устроены в соответствии с традициями Церкви.

Панихида, Лития, Парастас, и т.д. Панихиду (также называемые Парастас, Лития или Трисагион) для покойного служат:
— в похоронном бюро вечером перед похоронами;
— в дни особого поминовения: 9-ый день, 40-ый день, ежегодные годовщины, родительские субботы. Так как эти дни известны, нужно заранее просить вашего священника (так же как регента хора) совершить службу .
— Лития (или Трисагион) для покойного может совершаться в конце почти любой службы. Однако, не положено петь Панихиду после воскресной Божественной Литургии (в любом случае, мы не хороним по воскресеньям): в нашем приходе мы обычно поем поминальные службы в субботу вечером, прямо перед Всенощной.

По традиции, когда мы совершаем поминальную службу, родственники или друзья покойного готовят блюдо сваренных зерен пшеницы или ячменя. Его подслащивают сахаром, медом, изюмом или другими сухими фруктами. Это коливо предлагается всем участникам службы в воспоминание слов Господа: «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода.» (Иоанн 12:24).

Кроме того, те, кто заказывает эту поминальную службу Господу, должны купить и раздать свечи духовенству, певцам, и всем молящимся. Освященные свечи символизируют нашу надежду на воскресение — что Христос, Свет Мира, восставит нас, соединив с Собою в Своем славном Втором пришествии. (Это — та же самая надежда, которую мы выражаем, когда держим освященные свечи на Воскресной службе пасхальной ночью.)

Можно ли заказать Панихиду за наших умерших родственников и друзей, не бывших членами Православной Церкви?

Строго говоря, нет. Не то, чтобы мы не можем молиться за них (мы можем и должны!), но сама служба целиком предназначена для молитв о почивших православных христианах. Не следует «делать» православных из тех, кто не был и возможно не хотел бы быть православным! Так, что мы можем сделать? В Служебнике священника есть чин поминания неправославных христиан. Он не включает особые литании и гимны, которые были бы не уместны, но содержит Псалмы и гимны, которые являются общим достоянием, а не предназначены специально для православных христиан.

Отпевание в Церкви

— Тело покойного, помещенное в гроб, несут – ногами вперед — в церковь для отпевания и устанавливают в центре храма перед алтарем.
— Гроб открыт и образ Христа, или святого покровителя помещен в руки покойного.
— Венчик (с Трисагион (Трисвятым), напечатанным на нем) помещен на лоб покойного.
— Ручной крест помещен в гроб около головы покойного.
— Свечи распределены прихожанам, которые, получая свет от священника, сохраняют их горящими почти до самого конца службы.
— После Отпуста и «Вечной Памяти,» друзья подходят, чтобы сказать последнее «прости» покойному. Они могут поцеловать ручной крест, который положен сбоку гроба или икону, помещенную в руки покойного. Самым близким родственникам нужно дать возможность провести несколько минут с покойным одним. Потом гроб закрывают и несут из церкви к катафалку. Хор поет Трисвятое, и колокола тихо звонят.
— Похоронный кортеж следует к кладбищу, где священник поет короткую погребальную службу.

Благословение креста на могиле

С дохристианских времен было общепринято отметить место похорон могильным холмом. Христианская церковь приняла эту традицию, благословляя могильный холмик победным знаком нашего спасения — святым животворящим крестом, который может быть изображен на могильном камне или установлен над могилой. Крест на могильном холмике помещен в ноги похороненного христианина, так, чтобы он оказался обращен лицом к Распятию.

Когда памятник установлен на могиле, родственники покойного приглашают приходского священника на кладбище совершить чин благословения креста.

Другие вопросы

Повторим, есть много вопросов и проблем, перед которыми могут оказаться родственники покойного. Например, они могут сделать особое убранство из цветов; гостевую книгу; открытки-извещения; молитвенные открытки; поминки (поминальную трапезу), и т.д. Всякий раз, когда возникают сомнения, не стесняйтесь спрашивать распорядителя похорон и вашего приходского священника: они понимают, что вы чувствуете и сделают все возможное, чтобы ослабить ваше бремя.

Они дадут вам совет относительно подарков или пожертвований, которые Вы можете сделать от имени покойного: это всегда добрая мысль — ознаменовать завершение земного странствия верующего, делая поминальное пожертвование в его церковь.

Христианство — две традиции. Два пути

Поделиться:

Христианство. Почему Христианство на протяжении многих веков вызывало крайне противоречивое отношение у многих думающих и прогрессивно настроенных людей?

Что сейчас отталкивает от «учения» Христа, и что в этом учении принадлежит самому Иисусу, а что является теми дополнениями, которые в результате и были оформлены в так называемую Христианскую церковью?

1) Последние две тысячи лет в Христианстве звучат две основные традиции:

  • традиция Иисуса, с его Евангелие, — «Все мы дети одного Отца, поэтому все мы братья», и,
  • традиция Савла Тарсянина (ап. Павел), с его версией евангелия Иисуса: «Все мы дети одной церкви».
  • В традиции Иисуса, благая весть, это весть самого Иисуса: об Отцовстве Бога, сыновстве человека и всеобщем братстве.

    В традиции ап. Павла, благая весть, это весть об Иисусе: Иисус воскресе.

    У Иисуса: Бог Отец милосердный, — отец всех своих детей, и мы его смертные Сыны, должны объединяться в вероисповедальное братство людей, живущих на земле. Помимо этого мы верим в Бога нашего Иисуса Христа, — Райского сына всеобщего Отца.

    У ап. Павла, Бог Отец — отец только своего сына Иисуса Христа, а мы простые смертные, должны объединиться в церковь, руководимую воскресшим Иисусом, только с такими же верующими в воскресшего сына Бога.

    Иисус поднял человека до статуса дитя Бога, созданного «по образу и подобию», увидел «царство Божие» внутри него, и дал вселенский наказ «будьте совершенны, как совершенен Отец наш небесный», и тем самым определил его судьбу бессмертного восходителя, будущего со-работника Бога (см. пост Предназначение человека).

    Ап. Павел лишил человека статуса Сына Бога, и привнеся в Христианство взятую из митраизма концепцию первородного греха, снизвёл человека до положения провинившегося раба, который через свою пришибленность, должен добиваться восстановления лояльности сварливого небесного Счетовода. У Иисуса человек несовершенен. У ап. Павла – греховен.

    Иисус призывал любить Бога Отца и служить своим братьям, ап. Павел – бояться Бога Отца и выслуживать у него прощения, включаясь в вечную драку добра со злом, привнесенную в Христианство, так же из митраизма.

    Иисус объединил всех людей в безусловное братство верующих Сынов, ап. Павел разделил всех людей, и выделил «прозревших» рабов, признающих Христианскую догматику.

    Одно название, – Христианство, и два подхода в вероисповедании:

    • религия Иисуса, — живая вера в живого Бога;
    • религия о Иисусе, — религиозная символика, ритуал, догматика, священство.
    • Главная ошибка возникшего две тысячи лет назад христианства, заключалась в том, что оно изначально строилось вокруг факта смерти Христа, а не вокруг истины его жизни. Увы веками мир проявляет интерес к трагической смерти Иисуса, вместо того, чтобы интересоваться несомненно счастливой и раскрывающей Бога жизнью Иисуса.

      В любой религии, а точнее в человеческой теологии, можно легко позволить фактам занять место истины. Факт креста стал сердцевиной христианства; однако он не является центральной истиной в религии, которую можно создать на основе жизни и учений Иисуса Назарянина (см. пост Иисус – религия Духа).

      2) Выделим из так называемого «христианства» то, что за две тысячи лет не нашло понимание, и вряд ли найдет понимание в будущем у пытливых и думающих людей, и поймем какое отношение к этим неприятиям имеет сам Иисус:

      а. факт смерти Иисуса на кресте спровоцировал ап. Павла на привнесение в создаваемое им Христианство идею жертвенного искупления. Заимствованная из иудейской теологии, эта идея была призвана сделать более приемлемым новое учение для евреев, на само деле, она, не решив эту задачу, отвернула от Христианства огромное количество ищущих людей.

      Мы возмущаемся, когда учитель за проступок одного ученика не разобравшись наказывает другого, мы негодуем, когда судья за преступление наказывает невинного, а виновный остается на свободе, но нас почему-то абсолютно устраивает когда за проступки греховного человечества на крест идет безгрешный.

      Иисус ввел среди своего близкого круга обычай празднования бескровной Пасхи, только хлеб, вино и горькие травы; Сын Божий всей своей жизнью утверждал Евангелие об искуплении через веру, а не через жертву, и выглядит абсурдным, поступок Его Отца, который одним решением перечеркивает Евангелие своего сына, принося Его в ту самую искупительную жертву.

      Кого из верующих в добро и любовь может порадовать идея о том, что Бога можно умилостивить и добиться Его расположения только с помощью жертвоприношения, и не просто жертвоприношения, а именно кровопролития. Только как оскорбление Бога можно расценить предположение о том, что невинная кровь должна быть пролита для того, чтобы отвратить вымышленный божественный гнев от виновного, если мы конечно говорим о том Боге, которого раскрывал нам Иисус, о Боге – милосердном Отце, о Боге, который любовь…

      Если Небесный Отец способен проявлять своё милосердие лишь после того, как видит истекающего кровью сына, то мечтать о таком Отце не хочется и стремиться к такому Отцу не возникает никакого желания, то есть, иначе как пародией на бесконечный характер Бога идею жертвенного искупления назвать нельзя.

      Сын-Спаситель воплотился в облике смертного человека и посвятил себя человеческому роду не для умиротворения гневного Бога, а для того, чтобы раскрыть всему человечеству любвеобильный характер Отца, и одарить каждого из нас статусом сыновства, по отношению к Богу.

      б. но если отсутствие упоминания об искупительной жертве у Иисуса хоть как-то «криво-косо» можно объяснить (не поделился разгневанный «папашка» со своим сыном планами принести его в жертву), то Его, Иисуса, молчание по поводу так называемого «первородного греха» нужно понимать однозначно, — ничего похожего в учении Иисуса нет и быть не могло. Уже у еврейских пророков периода Вавилонского плена, есть неприятие идеи наследуемого греха. Так у Иеремии: «В те дни уже не будут говорить, что отцы ели зелёный виноград, а у детей – оскомина. Каждый умрёт только за свой собственный грех», — а это писалось за шесть веков до РХ.

      Современное Христианство тратит огромное количество сил, чтобы воспитать в человеке уверенность в своей изначальной испорченности и желание оправдываться за то, что он не совершал. Победы в этом направлении с каждым годом будут всё скромнее и скромнее. Человек никогда не примет то, что отрицает в нем Божественное проявление — свободную волю.

      в. словосочетание «страшный суд», так же как и «первородный грех» нигде не звучит у Иисуса: «праведный суд», «Божий суд», просто «суд…», — часто встречаются в Библейских текстах, но чтобы суд Небесного Отца, повторюсь, суд милосердного и любящего Бога Иисусом позиционировался как «страшный» – вы нигде не найдете. Пугать судом посмертия, по сути, тоже, что и пугать самим Богом, а это значит отрицать возможности любви к Богу, ибо: «нельзя искренне любить того, кого боишься, и нельзя бояться того, кого искренне любишь».

      Всяких «страшностей» хватает в этой жизни, в её продолжении (см. пост Предназначение человека), которое, без сомнения, будет у подавляющего большинства ныне здравствующих, не будет место тому, что пугает; как и любой отец, наш Отец небесный позаботился о том, чтоб без баловства, но с радостью мы развивались и становились счастливыми.

      3) «Христианское представление о Боге является попыткой объединить три отдельных учения:

      1. Иудейское представление – Бог как поборник моральных ценностей, праведный Бог.
      2. Греческое представление – Бог как объединитель, Бог мудрости.
      3. Представление Иисуса – Бог как живой друг, любящий Отец, божественное присутствие.

      Именно поэтому комбинированная христианская теология сталкивается с огромными трудностями в своём стремлении к последовательности. Эти трудности ещё более усугубляются тем, что доктрины раннего христианства в целом были основаны на личном религиозном опыте трёх различных людей: Филона Александрийского, Иисуса Назарянина и Павла Тарсянина».

      «Мир нуждается в религии, полученной из первых рук (см. пост Религия из первых рук). Помимо того, что христианство является религией об Иисусе, но не самого Иисуса, оно ещё в значительной мере воспринимается нами из вторых рук. Люди принимают эту религию такой, какой она передаётся им признанными религиозными учителями».

      Высокий духовный статус этих учителей провоцирует копирование; восприятие их видения исключает пытливость, а попытка освоить их опыт тормозит набор личного опыта Богопознания. Как вдохновляющие примеры жизни таких учителей и подвижников имеют место быть, но современники и последователи редко оказываются способными вдохновиться и не опуститься до подражательства.

      «Когда новые души следуют за Христом, человека и его мир преобразует не первая верста принуждения, долга или традиции, а вторая – добровольное служение и свободолюбивая преданность. Именно эта часть пути означает, что последователь Иисуса стремится объять собрата своей любовью, просветить служением, и, следуя за духом, увлечь его к высокой цели смертного бытия», — найти Бога и быть подобным Ему.

      «Христианство до сих пор охотно проходит первую версту, но человечество изнемогает, влачась в моральной тьме из-за того, что существует слишком мало искренне желающих пройти вторую. Слишком мало убеждённых последователей Иисуса, которые действительно живут и любят так, как Он учил своих учеников жить, любить Бога и служить людям».

      «Христианство посмело принизить свои идеалы, отступив перед человеческой алчностью, милитаристским безумием и властолюбием, однако религия Иисуса остаётся незапятнанным и превосходящим духовным призывом, пробуждающим то лучшее, что есть в человеке, подняться над пережитками животной эволюции и, через благодать, достигнуть нравственных высот истинного предназначения человека». (см. пост Предназначение человека)

      «Христианству грозит медленная смерть от формализма, избыточного бюрократизма, интеллектуализма и других недуховных тенденций. Современная христианская церковь не является тем братством активных верующих, которым Иисус поручал неустанно добиваться духовного преображения сменяющих друг друга поколений».

      «Так называемое христианство стало не только религиозным верованием и ритуалом: оно превратилось также в общественное и культурное движение. В поток современного христианства просачиваются ручьи из многих древних языческих болот и варварских топей; многие культурные водоразделы древности питают этот поток современной культуры наряду с высокогорными Галилейскими плато, где бы должен был быть его единственный источник».

      «Сегодня Христианство поставлено в чрезвычайно трудное положение, поскольку в глазах всего мира оно считается частью социальной системы, индустриальной жизни и моральных норм западной цивилизации. Потому невольно стало казаться, что христианство поддерживает общество, которое спотыкается под тяжестью вины, ибо оно терпит науку без идеализма, политику без принципов, богатство без труда, удовольствия без меры, знание без характера, силу без совести и производство без морали».

      «Надежда современного христианства состоит в том, чтобы прекратить потворствовать социальным системам и производственной политике западной цивилизации и смиренно склониться перед крестом, который оно столь доблестно превозносит, чтобы вновь научиться у Иисуса Назарянина величайшим истинам, доступным смертному человеку, – живому евангелию об отцовстве Бога, Сыновстве человека и братстве людей».

      С ответственностью за каждое слово и без какой-либо претензии на авторство.

      Зло, как оно есть… (часть вторая)

      Зло, как оно есть… (часть третья)

      Всеобщее единство. Химера или цель?

      «Последние две тысячи лет в Христианстве звучат две основные традиции»

      На счёт того, что первая звучала все это время, есть большие сомнения)))

      С Тарсяниным все более менее понятно, «что посеешь, то и пожнешь».

      Но если бы на планете 2000 лет звучала мысль «Все мы дети одного Отца, поэтому все мы братья», полагаю, плод был бы инным.

      . так ведь звучит же, иначе бы мы с вами сегодня это не обсуждали.

      Хотя конечно вы правы, то, что сейчас называется Христианством, к Иисусу имеет очень отдаленное отношение. это грустно. это горько.

      «. так ведь звучит же»

      Лично для меня зазвучала, относительно недавно(около 15 лет назад), отследить это в каких либо письменных источниках древности практически невозможно.(если только у Филона Александрийского) Но, мы то привыкли доверять тому, что записано, устная передача, не дает, такой уверенности для не думающих людей в правдивости данных. И только мыслящий человек, глубоко мыслящий способен увидать в этой концепции истинность, так как, есть присутствие объединения и согласованности всех со всеми.

      (если только у Филона Александрийского)

      . ищите и смотрите всё, что связано с Салимским мудрецом, царем Салимским. он же Мелхисидек.

      . порассуждайте над духовным Ренессансом 600 лет до РХ. Одновременно Эхнотон, Лао Дзы, Конфуций и тп. — откуда все это?

      «В традиции ап. Павла «

      Хотелось бы услышать мнение тех, кто представляет компетентно сторону «Павла», в части соответствия выраженных Вами догматов по этой части.

      Хотелось бы услышать мнение тех, кто представляет компетентно сторону «Павла»,

      . я тоже послушаю с удовольствием, но сценарий их выступление могу изложить вам прямо сейчас: 1. Обязательно скажут, что автор не компетентен; 2. Начнут засыпать цитатами, которые опровергают сказанное, при чем цитатами примерно подходящими по смыслу от Иисуса, а когда «подлог» будет вскрыт, завалят из «св. отцов»; 3. После очевидного поражения последует обязательное блажение и закатывание глаз; 4. Сетование на «любомудрие»; 5. «Боль» за нашу церковь и тд и тп. столько раз уже это всё было((

      . самое грустное, что вопиющую теологическую безграмотность высказывают священники, при чем в больших количествах. Безграмотность и лож.

      Эту реплику поддерживают:

      «но сценарий их выступление могу изложить «

      А как Вы хотели?))) 2000 лет кроме Лютера, особо никто не посягал, а тут?

      В хорошее время живём!))) Интернет предоставил доступ к таким источникам информации, которые помогают хотяб криво косо, но понять и увидеть картину со стороны. А сколько ещё засекречено книг.

      На мои десятки вопросов, обычно один ответ, для отписки, остальное просто в игноре. А может «заразиться» бояться))). Ведь я сам, часто отвечая на вопрос другого, получаю ответ для себя))).

      А как Вы хотели?))) 2000 лет кроме Лютера, особо никто не посягал, а тут?

      «Я им Евангелие, Евангелие, а они мне традиция, традиция» — так кажется. далеко ушел от традиции, заодно и от Иисуса. В Христианстве нельзя идти «своим и правильным» путем, все кто такие пути мдут ОТ Иисуса. я так думаю.

      Ведь я сам, часто отвечая на вопрос другого, получаю ответ для себя))).

      . один из феноменов межличностного общения. перелив смыслов.

      А сколько ещё засекречено книг.

      А про засекреченные книги не верю. воооообще не верю — глупость. Закрытые знания всегда лежат в открытом доступе — их взять может не каждый.

      «их взять может не каждый. «

      Перефразирую: А сколько ещё книг недоступны для большинства?

      А по чему? Невыгодно, чем больше знаешь, тем лучше спишь, а им это не выгодно)))

      Перефразирую: А сколько ещё книг недоступны для большинства?

      . отвечаю, хотя понимаю, что вопрос риторический. Доступны все, только большинству это не интересно.

      Эту реплику поддерживают: Алексей Белоусов

      «Ап. Павел лишил человека статуса Сына Бога, и привнеся в Христианство взятую из митраизма концепцию первородного греха»

      В Митраизме явно прослеживается концепция борьбы добра со злом.

      «Особой популярностью эта религия пользовалась в пограничных районах Римской империи, где стояли римские легионы, солдаты которых были приверженцами культа Митры; считалось, что он приносит им победу.

      Бог Митра в древнеиранской мифологии связан с идеей договора, посредничества, согласия, клятвы и дружбы. В то же время он бог войны, сражающийся на стороне праведника, безжалостного по отношению к нарушителям закона и согласия. Митра охраняет государственные границы, что отражало консолидацию племенных союзов.Одновременно он Бог Солнца, света. День его рождения отмечали 25 декабря (поворот Солнца на лето). «

      Грехопадение это наследство Авраама.

      «Грехопаде?ние — общее для всех авраамических религий понятие, обозначающее нарушение первым человеком воли Бога, которое привело к падению человека из состояния высшего невинного блаженства в состояние страданий и греховности, основанное на 3-й главе книги Бытие[1].»(википедия)

      В Митраизме явно прослеживается концепция борьбы добра со злом.

      . ап. Павел много чего из Митраизма понатаскал(( посмотрите пост Религия из первых рук

      . всё не сложно. Вспомните мирское имя ап. Павла — Савл Тарсянин, то есть Савл из Тарса. Тарс, во времена Иисуса был Митраизским городом, Савл там вырос, — отсюда и заимствования, которые с детства ему были близки и понятны.

      Ну а борьбу добра со Злом, вы так же ни где у Иисуса не встретите. Не противление, покрытие зла — добром, — любые переливы этих смыслов, но только не «драка».

      » борьбу добра со Злом, вы так же ни где у Иисуса не встретите.»

      «Зло невозможно победить, но, его можно растворить добром» привлекает внимание думающих людей, коих пока меньшинство.

      коих пока меньшинство.

      . качество цивилизации определяется не уровнем идей меньшинства, а способностью большинства эти идеи воспринимать.

      Грехопадение это наследство Авраама.

      . спорно. но не в этой теме.

      «У Иисуса человек несовершенен. У ап. Павла – греховен.»

      Да, разница очевидна. Но, Иисус был Откровением, а Павел основывался на предыдущих откровениях других. Получается все предыдущее было искажено, раз то что открывал Иисус не вписывалось в понимание идущих рядом?

      Получается все предыдущее было искажено,

      . это слишком резко. Конечно не всё.

      Концепция Бога Отца во всю звучала уже у поздних пророков. Другое дело, что до Иисуса Бог был отцом только детей Израилевых, но ведь Отцом, а не господином или царем.

      На эту тему можно много и интересно рассуждать. Многие уверенны, что концепция Троицы является исключительно Новозаветным приобретением, а ведь это не так. Элохим — это множественное Божество и именно в нем, в примитивном виде концепция троицы прозвучала впервые. но это не совсем в тему.

      а Павел основывался на предыдущих откровениях других.

      . Павел занимался откровенной популяризацией Христианства, идя по пути адаптивных привнесений. Он тащим в учение Иисуса то, что, с его точки зрения, делало это учение более привлекательным, для того или иного народа. Он преуспел, Христианство, его усилиями получило широкое распространение, вопрос — какой ценой??

      «Главная ошибка возникшего две тысячи лет назад христианства, заключалась в том, что оно изначально строилось вокруг факта смерти Христа, а не вокруг истины его жизни.»

      Главный призыв христианства «Христос воскресе», правда потом идет обяснение по чему «воскресе». Получается что воскрешение это естественное продолжение для любого, кто признает через веру свое богосыновство. Но фарисеев это не устраивало, поэтому и возникли все эти методы достижения, выразившиеся в ритуальной части?

      Алексей Дмитриевский Комментарий удален автором

      и возникли все эти методы достижения, выразившиеся в ритуальной части?

      . а сейчас что-то по другому? В современной Христианской церкви разве не так?

      «Увы веками мир проявляет интерес к трагической смерти Иисуса, вместо того, чтобы интересоваться несомненно счастливой и раскрывающей Бога жизнью Иисуса.»

      Смерть Иисуса описана многими, а вот его жизнь даже не описана толком апостолами, ведь сам Иисус ничего не записывал и аостолов учил проживать, а не фиксировать? Как сделать акцент на его жизни, если мы толком ничего не знаем о ней, достоверно?

      . искать источники. Рассматривать все варианты.

      Такой поиск принесет плоды, если вы перед началом обзавелись внутренним камертоном, с которым будете сопоставлять звучание историй о Христе. Он простой: «Бог есть любовь».

      Все что не вписывается или противоречит этому откровению Спасителя — отметайте смело, не обращая внимание на статусы источников. Я про святости, исключительности и закрытости.

      Попробуйте убрать из Библии все сцены насилия и кровопролития, — получите то, что имеет отношение к мудрости о Боге.

      Знаете, уважаемый Алексей, почти со всем можно было бы согласиться, если сделать несколько замечаний-уточнений. Вы говорите о двух путях, один из которых путь нынешней церкви, условно говоря, «павликанский», и «благая весть об отцовстве Бога, Сыновстве человека и братстве людей». Но дело в том, что «на отцовстве Бога, сыновстве человека и братстве людей» нельзя построить «отдельную», самостоятельную религию, в смысле организации (церкви), народного движения и т.п. Нельзя построить, потому что это «общее место» всех благих намерений у всех «религий», в кавычках или без кавычек. И естественно, что организаторы нового религиозного движения по этому пути не пошли, и этого «пути» вообще в христианстве не существует, и сообтветственно никакой в этом смысле «традиции». Если и есть традиция, где эти принципы провозглашаются, то в иудаизме, и если считать их главными, то можно вполне оставаться в лоне иудаизма. Что в этой «триаде» (отцовство-сыновство-братство) противоречит иудаизму? Разве не сказано «полюби ближнего, как самого себя», вот вам и братство. «Любить Бога и служить людям» — что здесь противоречит иудаизму? Вы скажете, что иудейский Бог — только для евреев? Но и христианский — только для христиан. Просто их больше. А если столько же людей перейдут в иудаизм (где их никто не спросит про национальность), то и иудаизм станет «универсальной религией». Иисус и был вполне вменяемым иудеем (не нарушить я пришел, но исполнить), но его пропагандисты, вроде Павла, внесли античную языческую струю дабы привлечь язычников, и в центре этой «струи» — жертвоприношение, как искупление. Поэтому Ваша фраза, что эта идея была «заимствованная из иудейской теологии, эта идея была призвана сделать более приемлемым новое учение для евреев» просто совершенно не верна. Либо Вы плохо знаете иудаизм, либо его искажаете сознательно, или не очень. Вот Вы пишите, что хр-во «изначально строилось вокруг факта смерти Христа, а не вокруг истины его жизни». Оно верно, что вокруг смерти, но что можно было построить вокруг «истины его жизни»? В чем была эта истина? Какими поступками (кроме смерти) подтверждена? В том, что все люди братья? Так и хочется процитировать старый еврейский анекдот: «и с этой хохмой он хочет приехать в Одессу»?

      провозглашаются, то в иудаизме, и если считать их главными, то можно вполне оставаться в лоне иудаизма. Что в этой «триаде» (отцовство-сыновство-братство) противоречит иудаизму?

      . любое знания уровня Откровения такого уровня (а Иисус, это откровение), — ни чему не противоречит, оно согласовывает. согласовывает и выводит на новый качественный уровень то лучшее, что есть в опытах и традициях, — опытах людей и традициях народов.

      У Иисуса действительно есть многое из того, что встречается в Иудейской традиции, и действительно концепция Бога — Отца звучит уже у поздних пророков. Но проблема даже не в том, что в этих звучаниях Бог — Отец, Отец народа Израилева, а в том, что он Отец НАРОДА. а у Иисуса, он Отец, прежде всего, каждого отдельного индивида. Иисус — Бог личного спасения. — это первое. Второе: Иисус дал пример позитивной (не запретительной) нравственности, в дополнение, а на более существенном временном отрезке, и в замен запретительной нравственности Моисея. Я про заповеди Блаженств. Вы не задумывались почему половина земного шара, зная десять заповедей, не бежит в припрыжку их исполнять? Вариант ответа «так всё запущено» — давайте оставим. Человек не может хотеть чего-то НЕ хотеть, например хотеть «не хотеть жену ближнего», или, любить «не убивать». Иисус в Нагорной проповеди снимает это противоречие, отказываясь от запрета, предлагая путь духовного развитие, основанный на не удалении От чего-то, а на стремлении К чему-то. Не надо преуменьшать значение событий на горе Ермон, — это три, и поверьте есть и четыре и пять. я очень не плохо знаю Иудейскую традицию и поверьте, отличительные черты того, с чем воплотился Иисус для меня очевидны.

      . простите, обманул вас, про всеобщее единство материал не выкладывал. Что бы не быть болтуном — выложу сейчас и для вас специально)

      Всеобщее единство. Химера или цель?

      Неужели все так безнадежно на нашей измученной и сильно запутавшейся планете? Неужели наша цивилизация обречена на конфликты, недопонимания и войны. Неужели наше желание расползтись по национальным или конфессиональным норкам и там зарыться с головой, является безальтернативной моделью поведения для сохранения своей аутентичности, индивидуальности? Хочется надеяться – нет. Тогда почему, так скромны успехи по объединению человечества: мы не знаем как или не хотим? Думаю и то, и другое… Трудно определиться с тем, что являлось бы универсальным для каждого человека и для всего человечества, но, наверное, есть что-то, что нас всех объединяет, — это наше стремление. Мы не можем стоять на месте. Кто-то видит свою реализацию в рамках материального прогресса, а кто-то предпочитает интеллектуальные занятия или культурное воплощение своей индивидуальности, но мы все куда-то стремимся. Если брать нашу «устремленность» за универсальную единицу определения жизненной стратегии, то становится второстепенным и тот изначальный уровень, с которого мы начинаем свой путь и выбор самого пути, ведущего к цели. То есть, в этом случае не надо думать чей путь более правильный и не надо обращать внимание на то, кто и с какой позиции стартует, надо договариваться куда идем, и соотносить свои устремления. Редко попадаются «типы», которые осознанно хотят двигаться в направлении личного дискомфорта, нищеты, болезней и социального хаоса, все мы (плюс -минус) хотели бы видеть свою жизнь как минимум сбалансированной, обеспеченной и безопасной, но очевидно, что делать такую жизнь желанной целью всего человечества нереально, так как у каждого тут же найдется своё видение и обеспеченности и безопасности. Получается, что стремление к примерно такой жизни есть у всех, а достижима она далеко не для каждого. Чего не хватает большинству для реализации таких устремлений – время и жизненного пространства. Все социальные системы совершают попытки утрамбовать результативность своей работы в пределы одной человеческой жизни, в крайнем случае двух-трех поколений, размазать полученное благосостояние тонким слоем для всех нуждающихся, различие только в толщине этого слоя. Те системы, кому «повезло» отвечать за небольшие территории стараются построить небольшой рай в пределах своей административной границы. Но всё это есть ни что иное как «местечковый» подход (национальный или территориальный) в реализация того же стремления к лучшей жизни, и результат такого стремления, если он есть, никак не работает на всеобщее единство. Если возвращаться к идее соотнесения устремлений, первым встает на повестку дня вопрос определения цели. Очевидно, что представления о прекрасной жизни в исполнении островного аборигена и жителя современного мегаполиса кардинально разнятся. Разнятся они и у представителей разных социальных слоёв, профессиональных сообществ, полов и возрастов. Меня когда-то поразил факт из жизни французских виноделов, которые закладывали спирты с перспективой их выдерживания в дубовых бочках для коньяков на 100-150 лет, то есть люди проделывали колоссальный труд изначально смиряясь с тем, что никогда не увидят результатов своего труда. И мы должны смириться с тем, что та цель, стремления к которой можно будет соотносить и согласовывать, вряд ли будет достижима в пределах одной человеческой жизни, а может быть и одной эпохе. Остается ли в этом случае цель такой же привлекательной для всех – вопрос, но то, что она может дать возможность более осознанно и направлено выстраивать свою жизнь каждому человеку, это факт. А если жизнь, стремления к которой мы собираемся соотносить и согласовывать не просто обеспеченная, а изобильная, и не только результативная, но и успешная, сгармонизированная и проживается на пределе возможной, на тот момент, самореализации, при этом она светла и радостна? Человек – следствие, а не причина. Кто-то говорит следствие космического стечения обстоятельств, естественной эволюции, а кто-то акта творения. Но развитость (продвинутость) любого «следствия», тем более, если это следствие способно на самосознание, такое как человек, определяется его стремлением (опять стремление) познать свою «причину», а с какого-то этапа и первопричину. Возникающая при этом вариантность первопричин до определённого момента, так же особого значения не имеет. Кто-то называет её Богом, кто-то Вселенским Разумом или Космическим Духом. Истоковые уровни, те, с которых все началось, могут ассоциироваться с какой – либо личностью, как в большинстве традиционных религий, возможно с неким состоянием или фактом. Эти варианты первопричины объединяет только одно, все они находятся за пределами нашего мира, вне доступной нам реальности, то есть в «ином бытие», в этом случае наше стремление познать первопричину формирует стратегию отличную от плоскости привычных отношений, и если прогресс в материальном мире по направленности укладывать в горизонтальную плоскость, то стремление в познании первопричины приобретает вертикальную направленность. На основе такой направленности выстраивается стратегия, выводящая нас из плоскости «обыденного бытия», эта некая «вертикаль», направленная на то самое «иное бытие». Мы получили две важнейшие характеристики объединительной цели, стремления к которой, в процессе их согласования, может обеспечить генерацию всеобщего единства. Такая цель обязательно находится за пределами воспринимаемой нами реальности, и она лежит на восходящей траектории. В тех вертикальных тенденциях, о которых мы сказали выше, можно обозначить четкий порядок согласований: а. сначала согласуются факты материального мира, — этим занимается наука, исполняя важнейшую из своих ролей, и в этом отношении мы достаточно преуспели, во всяком случае базовые представления о материальной реальности, если не сформированы окончательно, то находятся в окончательной стадии формирования; б. затем согласуются смыслы, то есть отношения к фактам материального мира, которое придают этим фактам определенную значимость. Согласовывать смыслы, наполняющие нашу жизнь невозможно без определения жизненной стратегии цивилизации и отдельного человека. Смыслы, либо укладываются в вертикальную стратегию и её развивают, либо не укладываются и тормозят. На основании согласованных смыслов можно выстраивать единую философию цивилизации; в. и в последнюю очередь согласуются ценности. Высшие ценности, это те ценности, стремление к которым в данный момент времени, для конкретного человека, обеспечивают ему сущностный рост, то есть переход на новый, — мы не говорим более или менее высокий, — уровень существования. Эти ценности так же должны «подбираться» человеком для обслуживания своей жизненной стратегии. Например: если какой-то очень погруженный в себя ученый – книжник решит наладить эффективное взаимодействие с материальным миром, то выбранная им ценность, расположенная там же, где и ценности материального мира на определенный момент времени, станет для него высшей ценностью и обеспечит ему переход на новый уровень. Более распространённым случаем, является стремление людей, которые заигрались с материальным миром, к высшим ценностям, расположенным на уровне смыслов или идей, для них эти ценности обеспечат сущностный рост. Выбор человеком своих высших ценностей должен обеспечить максимальный охват той реальности, в которой он существует, для набора максимально разностороннего опыта взаимодействия с ней. Необходимо не только не нарушать порядок согласования, но и не исключать из этого процесса ни одну из составляющих нашей реальности, которые мы проницаем. Согласование фактов материального мира, чем мы сейчас упоительно занимаемся, без согласования смыслов человеческой жизни и ценностей, обеспечивающих духовный прогресс, неизбежно оставляет нас в той самой горизонтальной плоскости животного самоудовлетворения, в которой ничего согласовать невозможно. Отдельная, на первый взгляд, история с достижением всеобщего единства начинается тогда, когда у первопричины Всего сущего имеется некое воплощение, тогда мы начинаем говорить уже не столько об истоковых уровнях, сколько об Источниках всего. Нашей целью, стремления к которой должны стать предметом согласования, становится сам Источник, а умозрительные вертикальные тенденции превращаются для нас в восходительные тенденции – стремление двигаться к Богу. Бог един! И Бог «Отец милосердный», а при едином Отце братство людей (сынов) не может быть не всеобщим. Всеобщее братство как раз и выражается не в одинаковости (подобии), а в стремлении (опять стремление) познать Бога и быть подобным Ему. Братство представляет собой факт взаимосвязи, существующей между всеми личностями во вселенной. При этом, братьями могут считаться лишь те, кто признают единого Отца, принимают свое сыновство, по отношению к нему и делают все возможное для утверждения себя в этом статусе. Фактическое сыновство по отношению к Богу, не должно провоцировать формального или пассивного подхода, а если кто-то отрицает реальность всеобщего Отцовства и отрицает своё сыновство, то он и остаётся нашими братом только в потенциале (см. пост Отцовство-сыновство). Осознание своего Богосыновства, обязательно перерастает в ощущение всеобщего братства, то есть осознание того, что все остальные люди те же Сыны, того же родителя. Отсюда никаких преимуществ, и никаких разделений по религиозным, национальным или другим признакам. В духовных отношениях верующего сына и божественного Отца не может быть никакой доктринальной окончательности и никакого сектантского сознания превосходства своей группы над другими. Через веру утверждаться в небесном гражданстве, через проживание истины Сыновства искать место в небесной семье. «Все мы дети одного Отца, поэтому все мы братья» — эта благая весть Иисуса рано или поздно ляжет в основу духовного объединения всех живущих на Земле. Мы никогда не сможем договориться о согласовании религиозных традиций, этого не получается сделать даже в рамках одного Христианства, нереально договариваться о каких-либо совместных уставах или праздниках, пытаться совмещать ритуально-обрядовые или молитвенные составляющие различных религий, — все экуменистические потуги обречены на провал, но мы способны согласовывать свои устремления к Источнику всего, межконфессионально соотносить способы приложения усилий по реализации таких устремлений, обмениваться опытом, как мы приходим к тем или иным результатам. Такой процесс согласования должен основываться на одинаковых представлениях о ценностях посмертия, — представлений о том, что будет для нас наиболее важным в ближайшем продолжении жизни. Ни модель райского гамака, ни ожидание эротических услад, ни погружение в вечно-восторженный покой не вписываются в предстоящую работу по восхождению к Тому, кто является Источником всего в мироздании. И не надо забывать: объединения «против», — не работают. Бог – есть всё, и целое не может отрицать какую – либо свою часть. Бог не отрицает сам себя — любое отрицание ведет в нереальность. В этом смысле, любой «забор», и в первую очередь забор конфессиональный, есть искажение всеобщего единства, — искажение Божественной сущности мироздания. Земные заборы до небес не достают. Божественное откровение, а на этот статус претендуют все традиционные и нетрадиционные конфессии, не может разделять. Если «то», что произошло, результативно разделило, то «это» в основе своей, несло не откровение, а обман и это относится ко всем традиционным религиям. То есть, любое разделение космически некорректно, а с религиозной точки зрения не Богооткровенно. Объединяющее все человечество стремление познать первопричину всего происходящего в мироздании, вне зависимости от степени персонализации этой причины, побуждает (должно побуждать) каждого человека строить отношения с истоковыми уровнями и интерпретировать вечностные реальности. В результате построения таких отношений и такой интерпретации мировоззрение человека рождает Истинные ценности (не путать с Вечными), стремление к которым проявляют идеалы, освещающие его жизненный путь. Попытка реализовать или передать идеал, превращает идеал в идею или набор идей, а иногда в идеологию. У нас так много идей и так мало идеалов. Человеческий разум не создаёт истинных ценностей, их критерии следует искать в духовном мире, и все критерии более низких и материальных уровней мы должны рассматривать как преходящие и частичные. Всё, на что способен человеческий разум в отношении истинных ценностей это открывать, осознавать, истолковывать и выбирать. Один гуманизм — не работает. Если из гуманизма исключена религиозность, то есть построение отношений с Истинной ценностью, — у него нет перспективы. И сразу надо оговориться, что в нашем представлении сутью религиозности является не интеллектуальное согласие с догмами и не исполнение ритуально-обрядовой составляющей, с постукиванием лобиком об пол или нырянием в прорубь, а именно построение отношений человека с Богом в парадигме сын-Отец. Первостепенная задача любой цивилизации, — осознание каждым человеком себя сыном — дочерью Бога, то есть полноправным субъектом таких отношений. В той жизни, где вместо ценностей, есть только полезности, а вместо идеалов – идолы, проблема достижения всеобщего единства никогда не будет стоять на повестке дня. Национальный, этнический и религиозный эгоизм заставляет сбиваться в кучки и строить те самые заборы. Стадо изнутри всегда выглядит как сплоченность, а при взгляде извне, это всегда загон. Результатом стремления любого верующего является жизнь праведная, наполненная пронзительным опытом отношений с Богом и посвящённая обретению совершенства в процессе движения к Нему, при этом, она светла и радостна. Материальное творение это фундамент объединения, и этот фундамент развивается в направлении устойчивости. Стараниями студии МАRVEL, мы начинаем сомневаться в тезисе о дружественном и эффективном мироздании. Сознание цивилизации наполняется инфернальным страхом перед тем, чего никогда не случиться. Надо заканчивать апокалиптическую паранойю и исходить из того, что наша планета будет жить и развиваться ещё очень долго, и проблема выбора стратегии развития цивилизации и согласования усилий, прилагаемых каждым человеком, в своём решении, становится всё более актуальна для достойного продолжения этой жизни. Сейчас мы отчаянно пытаемся объединить то, что объединению не поддается, а именно статичные образования и конструкции: устоявшиеся модели социальных систем, культурологические традиции и исторические наследия, — всё это лежит в горизонтальной плоскости построения мировых отношений. Формальное смешивание и попытки взаимного проникновение ничего кроме напряжения не вызывает. Согласование, — это не объединение, это действие по выявлению и снятию того самого напряжения, возникающего в отношениях между системами, традициями и наследиями. Объединение и гармонизацию нельзя сводить к смешению двух «разных цветов», это, скорее, улавливания в этих цветах схожих оттенков. Так ли уж много различий у верующего и неверующего человека, в представлении о той «светлой и радостной» жизни, стремления к которой мы берёмся соотнести? Пускай она будет успешной и праведной, гармонизированной и наполненной пронзительным опытом отношений с Богом, проживаемой на пределе возможной самореализации и посвященной обретению совершенства, — для меня «картинки» сливаются. А если ещё добавить тот факт, что на достижение такой жизни нам предоставлена вечность, то многое встает на свои места. Отпадает версия с хаотичной бессмысленностью или жестоким экспериментом над человеком и человечеством, — идет работа, в которой нам предстоит поучаствовать. Четкое понимание конечного пункта и отсутствия страха «не успеть» позволяет импровизировать с маршрутами, делать остановки и отвлекаться на прекрасные мелочи, в этом случае, жизнь превращается в приключение, может не всегда беззаботное, а нередко и невыносимо трудное, но всегда осмысленное и бесконечно прекрасное. Вернусь к основному тезису: согласовывать можно только то, что пребывает в движении, развитии и куда-то устремлено. Только в стремлениях мы проявляем свою истинную природу, в них мы реализуем свои мечтания и свою ответственность. Единство всегда есть функция масштаба и наша задача в масштабе планеты обеспечить не только целостность цивилизационного устройства, но и управляемое, стабильное развитие.

      Читайте так же:  Сообщение о народе россии татары и их обычаи

      Добавить комментарий

      Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

      Обращение к посетителям